Пирогов27

Общечеловеческое образование "18+"

Читателя найду в потомстве я...

Лариса Бравицкая: "Вновь интерес к Боратынскому возник в Серебряном Веке, а дальше, Мандельштам, Ходасевич, Ахматова взяла из Боратынского эпиграф для книги «Чётки» и одной из частей «Поэмы без героя». Повлиял он и на Заболоцкого, и на Кривулина, и на Кушнера."

Такое счастье...

Иоланта Сержантова: "Я шёл вдоль леса, погода была прекрасной, только вот оводы и слепни мешали наслаждаться и ею, и укромным чудом цветения лесных колокольчиков. Неподалёку от дороги ворочался во сне кабан, чуть подальше дремали после завтрака косули, уж ленился напоказ, свесившись с выкрашенного солнцем оранжевого пня."

Из дневника, март 1960

Феликс Лещинский: "Видел я, как он работал на кухне. Но на глазах командиров он старается работать хорошо и, вообще, старается быть поближе к ним. Вот за это его очень не любят и даже подозревают, что он доносит командирам."

Наши ангелы нас не оставят

Илья Шумей: "Чтобы к людям в дома не вернулась беда, мы шагнули в чистилище боя. Но сквозь грохот разрывов мы слышим всегда шелест крыльев за нашей спиною."

Хитрец

Сергей Каратов: "Пионеркой назывался крохотный поселок, около которого строился какой-то военный объект. Солдаты стройбата были заняты на этом объекте. Когда им удавалось уйти в самоволку, они тут же отправлялись за приключениями в наш посёлок Вишнёвка, где был хороший клуб, два магазина, было много народу и, разумеется, много девушек."

Труженик

Станислав Бук: "Действительно, теперь Зиновий сам, поспешно позавтракав, не стремился на пустырь среди развалин довоенной больницы, где ребята гоняли в футбол, устроив вместо ворот две колонки, сложенные из кирпичей от тех же развалин; нет, теперь он, поместив на плечо - как трёхлинейку - грабли, гордо шествовал по улице, ведущей к огороду."

ЕБН

Борис Подберезин: "Вот первый президент России, едва держась на ногах, вырывает палочку у дирижёра и задорно управляет немецким военным оркестром в берлинском Трептов-парке. А вот в невменяемом состоянии под камеры перед шеренгой встречающих американцев справляет нужду на шасси самолёта в Балтиморе."

Счастье

Анастасия Галицкая Косберг: "Когда Таське было девять лет, она больше всего на свете любила большого плюшевого мишку; пушистые облачка, путающиеся в сосновых ветках; солёные огурцы из огромной бочки в бабушкином погребе; колючие, разноцветные звёзды на тёмно-синем южном небе, лимонад "Буратино" и волшебные сказки."

Текущая страница: 5 из 42